cherryl.30

Коллеги не сразу понимают, куда деть странную новенькую. Надя переспрашивает, мнёт край халата, может замереть в коридоре с отсутствующим взглядом — и вместо уважения получает скупые ухмылки. Никто не догадывается, что за рассеянностью скрывается невидимый инструмент. Авария, едва не оборвавшая жизнь, подарила ей синестезию — болезни приобретает вкус и цвет. Внутреннее воспаление отдаёт горькой полынью на языке, сломанная кость звенит резкой нотой, а заражённая рана пахнет сырой землёй. Она буквально видит недуг, словно трещину на стекле, но стоит ей заговорить — в ответ слышится ироничное хихиканье.

Она пытается вписаться в жёсткий ритм больничных будней, скрывая дар за дежурными фразами и нарочитой медлительностью. Ночи проводит в ординаторской, обложившись картами больных. При свете тусклой лампы учится переводить ощущения на язык сухой медицины. Рентгеновский снимок должен подтвердить то, что услышала звоном колокольчика. Приходится быть внимательнее, быстрее и осторожнее остальных. Пока плетутся интриги и раздаются насмешки, Надежда доказывает себе и единственному человеку, когда-то поверившему в неё, что чудо — не волшебство. Это просто умение слышать то, что молчит.